А я "вспоминаю" войну рассказами моего отца, вижу её, через его детские глаза... Дудергоф, Воронья гора, под ней село, там жили мои предки, мой отец... Тревожные дни 41-го, матросы устанавливают пушки с Авроры, готовятся встретить врага... По ночам кананада, зарево.. фронт всё ближе... И вот уже "заговорили" наши батареи... а вон там, в полях, уже видно движение, немецкие танки... Всё, немцы в деревне... Страшно, очень страшно...
Уже немецкие дальнобойные гаубицы врыты в землю, обстреливают и днём и ночью Ленинград... Немцы, солдаты, не зверствуют.. отцу, мальчишку, даже угощали шокладом...
Правда был страшный случай... Отец катался на лыжах, там были трамплины... Подъехал немец, что-то сказал...потом подошёл и открыл отцу рот... "Ком, ком..." говорит, и пытается вести в сторону госпиталя (школы до войны)... Отец смекнул, не лечить ему зубы будут, слишком они у него хороши, в отличии от зубов немца... Сделал пару шагов, а потом резко в сторону, с горы, трамплин, и был таков... "Хальт, хальт...!!!" Щас, как же...аха...
Юрий Антонов-Снегири
http://www.youtube.com/watch?v=LP4MpX68jUo
Эта память опять от зари до зари
Беспокойно листает страницы.
И мне снятся всю ночь
На снегу снегири,
В белом инее красные птицы.
Белый полдень стоит
Над Вороньей горой,
Где оглохла зима от обстрела,
Где на рваную землю,
На снег голубой
Снегириная стая слетела.
Где на рваную землю,
На снег голубой
Снегириная стая слетела.
От переднего края раскаты гремят,
Похоронки доходят до тыла.
Под Вороньей горою
Погибших солдат
Снегириная стая накрыла.
Мне всё снятся
Военной поры пустыри,
Где судьба нашей юности спета.
И летят снегири,
И летят снегири
Через память мою до рассвета.
