Ostrovsky

Из журнала ЖЖ:иста (г.Москва):

"Непатриотическая песня о родине
Я люблю свою родину. С маленькой буквы. Потому что Родина может быть и фамилия девочки, и что-то настолько абстрактно необъятное, что пахнет галстуком цвета одного со знаменем и ощущением смущения от неловкости за вставание на поднятие флага при исполнении гимна...

А родина - это когда вам что-то по мелкому хочется от государства. По настолько незначительному по сравнению с имперскими интересами и внешней политикой, что, кажется, вопрос будет решен мгновенно, или, уж по крайней мере, незамедлительно...

Щас...


б...дь!!!

это я так ругаюсь...

А вот так доставали бабку. Точнее, достают.

Домашнее прозвище моей матушки - "не проходите мимо". До всего есть дело. На этот раз ей дело оказалось до старой 70-летней врачихи, у которой моя матушка медсестра. 24 февраля она (дохторша) взяла больничный и обещалась приковылять 28 для дальнейшего прохождения медицинской службы. Несколько слов об этой пожилой леди надо сказать - больная нога, язва (с которой и взят был больничный), мания преследования - словом, этакий мумифицирующийся символ отечественной бесплатной медицины.

Первого числа моя маман, сама уже не девочка, как понимаете, дошла до квартиры непосредственного руководства и подняла шум, от которого бабка, даже если замечталась о женихах, должна была очнуться и спешно выскочить, спасаясь от пожара и наводнения, которые, судя по тому, как может кричать моя маман, наступят вот прям сразу, если, конечно, раньше всех не накроет землятрясением. Вопреки ее ожиданиям, никто не выскочил, зато появился наряд охранников правопорядка, вызванных моей же инициативной родительницей, которые, смущенно потоптавшись у запертой двери, пообещали завтра приход светлого будущего вкупе с работниками жэка...

Светлое будущее, как и ожидалось, не наступило, а вот коммунальщики расстроили, бо уж хоть они могли постараться. Однако, за это время еще и в поликлинике мама моя успела убедиться в беспросветной занятости нашего мира, поскольку все начальство сочуственно разводило руками и делала вид, что врач ничуть не пропал, а просто... Что просто - так матушка моя и не поняла...

Во второй половине дня она, отстояв у станка, с новой силой взялась за обработку органов (внутренних дел). Дозвонившись до участкового, она изложила ему суть проблемы. Он вник, сник, и исчез. Второй участковый был более внимателен. Выслушал, задал вопросы, обнадежил... Но, вероятно, тоже сник, поскольку пообещал разобраться с этим к девяти вечера, но скорее всего забыл, что рабочий день у него до восьми, о чем моей наивной маме и сообщили в дежурной части ОВД. Вероятно, дежурил в этот вечер личный враг участковых, поскольку он с несомненным участием (поскольку лично его это не касается) внял маминым проблемам, и порекомендовал настучать об этом заместителю начальника отделения по участковым милиционерам. Но, усомнился он, пока не запахнет (жареным или трупом, не уточнил) врядли кто-то квартиру вскроет...

В одинадцать вечера мама моя уже, вероятно, исключительно из любопытства позвонила в МЧС узнать - а не могут ли они приехать буквально на минуточку вскрыть квартиру. Они не могли без участковых, которые, как вы уже узнали, работают как проклятые (моей мамой три раза как минимум)...

Сегодня ожидается продолжение.

P/S/ Я никого не собираюсь обвинять. И в принципе, мне весьма по фиг эта старая бабка. Прекрасно понимаю и всех врачей, и участковых, и соседей (которые не зашевелится, пока не запахнет - и теперь даже уточнять не надо - чем) - на хрен никто не хочет возиться с этой бабкой... Волнуют меня в этой истории два персонажа. Первый - моя матушка - которой я споил промышленные объемы успокоительного. А второй - это кошка, которая живет у этой бабки. И вот ее судьба заставляет меня принимать во всей этой истории живейшее участие."


Без комментариев.