|
Подземные боги врача Мулдашева
Попадание книг Э. Мулдашева в разряд лженаучных также, на мой взгляд, результат недоразумения — они такая же художественная проза, как книги Лукьяненко или Головачева. Наличие у их автора немалого литературного дарования мне кажется не вызывающим никаких сомнений, хотя использовал он его, возможно, не лучшим образом. Талантливо имитируя убогую речь примитивного и плохо образованного человека, он от лица своего воображаемого героя описывает путешествия по Тибету, при неправдоподобных обстоятельствах, которые такой недоумок, конечно же, никогда не смог бы придумать, отчего читателю начинает казаться несомненным, что всё описанное в книге было увидено ее героем своими глазами. В числе того, что эти глаза сами увидели — и искривленные пространства внутри тибетских пещер, и впавшие в спячку много миллионов лет назад представители прежних земных цивилизаций — «сомати» и «атланты», и множество другой подобной чертовщины.
Для того чтобы написать всё это, не нужно выходить из дому — более того, это даже вредно. Попав на Тибет и попытавшись вступить в контакт с реальными монахами, он бы сразу понял, что общаться с ними, не говорящими ни на одном из европейских языков, можно только телепатически, а из Уфы это делать сподручнее. Бытовые подробности тибетской жизни можно взять из многочисленных дневников побывавших там путешественников (хотя бы опубликованных недавно дневников соратника Пржевальского П. С. Козлова) или сочинений Н. Рериха. Популярное изложение мифов об атлантах и других исчезнувших цивилизациях доступно в «Тайной доктрине» Е. Блаватской и других сочинениях теософов.
Хотя литературные достоинства книг Мулдашева невелики, они всё же достаточны, чтобы обеспечить хороший коммерческий успех. Можно, конечно, возразить, что успех этот берет свое начало в ошибке читателей, принявших один жанр за другой, но это возражение надо сразу отмести, потому что литературные мистификации, когда мистификатору удается провести читателя, — искусство редкое и забытое. Так что книги Мулдашева превращены в жанр лженауки некритичными читателями, а объективно их место на границе научной фантастики и религиозной — теософской и антропософской — литературы.
|
