|
Римма Маркова. НА ВЫСТАВКУ АВТОПОРТРЕТОВ ЭДВАРДА МУНКА В СТОКГОЛЬМЕ. LiteraruS №10, 2006
Мальчишка, 20 лет,
цвет – как слова – на ветер.
Уже автопортрет :
один, другой и третий.
Еще он юн и зол,
и высказать не в силе...
Студент различных школ,
слепой искатель стиля.
Часы еще идут.
Постель еще не смята.
«Автопортрет в аду»
страшнее, чем "распятый".
Откуда этот пыл?
Что глаз его увидел?
Как он себя любил!
Почти как ненавидел.
*
Вот с кисточками сам
глядит легко и чисто,
как возведенный в сан
ручного живописца.
В блистательный багет
богемой разодетый.
Но был еще портрет
с зажженной сигаретой,
с бутылкою, и с той,
что не была прекрасна.
Вибрирует, как стон,
зеленое на красном.
Сгущается на крик
спиральное пространство.
Мерцает женский лик –
венец непостоянства.
Надергаешься всласть
невыраженным словом.
Власть женщины – как власть
кармина над лиловым!
Так раненый Марат
мешает пурпур с болью.
Никто не виноват:
ты сам искал неволю.
*
«Акт с поднятой рукой»
и жизнь опять на взводе!
Но странный непокой,
Откуда он исходит?
Сияющий атлет
стоит после купанья...
Еще один портрет
как акт самокопанья.
Художник и модель –
знакомая картина.
Художник как модель –
такое нетерпимо!
Художник как объект:
раскрашенная рана.
И этот диалект
ван гоговского плана.
Сходящие на нет
цвета дурного толка.
Портрет, портрет, портрет...
И дальше без умолка.
Устойчив как собор
холстину кистью мажет.
Что сделал он с собой?
Кому себя покажет?
Никак в чертах лица
не выискать ответа.
Но честен до конца
певец автопортрета.
17.05.05
Стокгольм
|
