Almid

Со своей половинкой я, Алексей Дружинин, познакомился в 1980 году в России, когда мы проживали в соседних квартирах в доме на Товарищеском проспекте Санкт-Петербурга. Я – в квартире на втором этаже, а она - в квартире на третьем этаже. В то время я работал молодым специалистом в одном НПО , а Ольга работала в учреждении, относящемся к системе КГБ СССР, в рядах обслуживающего персонала. Она мне рассказывала, что один из руководителей этого учреждения добивался ее руки и преследовал ее на черной «Волге».
Однако Ольга отдала свое сердце мне. У нас действительно было сильное влечение друг к другу, такое, что я мог на расстоянии чувствовать ее эмоциональные волнения. Я сделал ей предложение выйти за меня замуж, и она благосклонно обещала подумать. Но у нас получилась размолвка, и свадьбы не состоялось. В дальнейшем мы ежегодно возвращались к этому вопросу, но как только приближались к его реализации, начинались у кого-то из нас то болезни, то несчастные случаи, то длительные командировки.
В 1987 году у меня скопились веские основания, свидетельствующие о том, что нами вплотную занимаются люди из КГБ. По конкретным фактам их «работы» я поставил в известность Ольгу и ее маму Суйкову Валентину Георгиевну. Затем чекисты, используя грубую фальсификацию, на какое-то время убедили Ольгу в моей якобы неверности ей. И она под действием эмоций, не выяснив у меня правды, заключила сделку с чекистами и в 1989 году переехала на постоянное место жительство в Финляндию, выйдя замуж без физической близости за финна по фамилии Anttila.
Пока я искал защиты от действий чекистов и налаживал жизнь, Ольга поняла свою ошибку и пыталась несколько раз связаться со мной по телефону. Но чекисты перекрывали все звонки и до меня они ни разу не доходили. Однако я отчетливо воспринимал ее эмоции, и, чувствуя ее сильную печаль, стал разыскивать Ольгину маму, которая к тому времени уже сменила адрес. Несколько раз мне давали ложные адреса, но все же в 1995 году я ее разыскал, и она мне подтвердила все мои предположения, что Ольга хочет вернуться ко мне. Через нее я передал Ольге несколько писем, причем эти письма проходили цензуру чекистов и первое письмо, где я упоминал о них, мне пришлось переписать. В ответ я получил три Олиных фотографии, и мы надеялись, на скорую встречу. Но время шло, и ничего не происходило. Чекисты тянули время.
К сожалению, вскоре Олина мама умерла из-за болезни, и хотя мы с Ольгой потеряли надежного посредника в наших отношениях, связь между нами не прервалась. Благодаря моим последним письмам, мы со временем смогли наладить двухсторонний обмен нашими эмоциями. С 1999 года мы связываемся друг с другом в любое время дня и ночи. Такую связь уже не фальсифицируешь. Хотя чекисты пытаются это сделать, используя спецсредства. У них до сих пор есть возможность поставлять Ольге сфабрикованные ими сведения обо мне, что они постоянно и осуществляют, но теперь эти сведения Ольгой игнорируются.
Наше общение на эмоционально – энергетическом уровне продолжается довольно долгое время, уже более 10 лет, за которое мы отточили и разнообразили передаваемые сигналы живой энергии. Наши души сблизились настолько, что могут понимать и любить друг друга на расстоянии, вопреки интригам очень влиятельных в подковерном мире людей. Мы стремимся создать нормальные семейные отношения между нами и надеемся, что когда-нибудь исчезнут препятствия для этого.